Исповедница Матро́на (Власова), инокиня

Мат­ро­на Вла­со­ва ро­ди­лась в 1889 го­ду в се­ле Пу­зо Ни­же­го­род­ской гу­бер­нии, в кре­стьян­ской се­мье. Ше­сти­лет­ней она оста­лась си­ро­той и бы­ла от­да­на на вос­пи­та­ние в Се­ра­фи­мо-Ди­ве­ев­ский мо­на­стырь. У от­ро­ко­ви­цы об­на­ру­жи­лись спо­соб­но­сти к ри­со­ва­нию, и жи­во­пись ста­ла ее по­слу­ша­ни­ем. Так в по­слу­ша­нии и мо­лит­ве ино­ки­ня Мат­ро­на про­жи­ла в оби­те­ли до са­мо­го ее за­кры­тия в 1927 го­ду.
По­сле за­кры­тия мо­на­сты­ря ино­ки­ня Мат­ро­на вме­сте с тре­мя ди­ве­ев­ски­ми сест­ра­ми по­се­ли­лась в се­ле Ку­зя­то­ве Ар­да­тов­ско­го рай­о­на. Сест­ры при­слу­жи­ва­ли в церк­ви, за­ра­ба­ты­ва­ли ру­ко­де­ли­ем, ве­ли жизнь тихую и мир­ную, но и это вы­зы­ва­ло недо­воль­ство мест­ной вла­сти. Их аре­сто­ва­ли в ап­ре­ле 1933 го­да по об­ви­не­нию в ан­ти­со­вет­ской аги­та­ции. 21 мая 1933 го­да ино­ки­ня Мат­ро­на бы­ла при­го­во­ре­на к трем го­дам за­клю­че­ния в Дмит­ров­ском ла­ге­ре Мос­ков­ской об­ла­сти.
По­сле от­бы­тия сро­ка за­клю­че­ния она устро­и­лась при церк­ви в се­ле Вери­ги­но Горь­ков­ской об­ла­сти и ис­пол­ня­ла обя­зан­но­сти пев­чей, сто­ро­жа и убор­щи­цы хра­ма. 10 но­яб­ря 1937 го­да ма­туш­ку аре­сто­ва­ли во вто­рой раз, об­ви­ни­ли в при­над­леж­но­сти к «контр­ре­во­лю­ци­он­ной цер­ков­но-фа­шист­ской ор­га­ни­за­ции» и при­го­во­ри­ли к де­ся­ти го­дам за­клю­че­ния в Кар­лаг, где она ра­бо­та­ла в боль­ни­це убор­щи­цей. На­чаль­ство от­ме­ча­ло ее доб­ро­со­вест­ную ра­бо­ту и скром­ное по­ве­де­ние. По­сле осво­бож­де­ния ино­ки­ня Мат­ро­на по­се­ли­лась в се­ле Вы­езд­ном близ Ар­за­ма­са. Глав­ным за­ня­ти­ем ее по-преж­не­му бы­ло слу­же­ние в церк­ви.
19 ок­тяб­ря 1949 го­да ее вновь аре­сто­ва­ли по ма­те­ри­а­лам ста­ро­го де­ла 1937 го­да. Вла­сти об­ви­ни­ли мать Мат­ро­ну в про­ве­де­нии «вра­же­ской ра­бо­ты», пы­та­лись за­ста­вить ого­во­рить свя­щен­ни­ка церк­ви се­ла Вери­ги­но. Но уси­лия сле­до­ва­те­лей ни к че­му не при­ве­ли. В де­ле да­же име­ет­ся справ­ка о том, что «лиц, ском­про­ме­ти­ро­ван­ных по­ка­за­ни­я­ми аре­сто­ван­ной Вла­со­вой М. Г., в след­ствен­ном де­ле не име­ет­ся».
Мать Мат­ро­ну от­пра­ви­ли в ссыл­ку в се­ло Ка­мен­ка Лу­гов­ско­го рай­о­на Джам­буль­ской об­ла­сти Ка­зах­ской ССР. Ее брат в 1954 го­ду на­пи­сал хо­да­тай­ство о по­ми­ло­ва­нии сест­ры. По­след­ние го­ды жиз­ни ино­ки­ня Мат­ро­на про­жи­ва­ла у бра­та в род­ном се­ле Пу­зо. Од­но­сель­чане вспо­ми­на­ют, что ма­туш­ка бы­ла очень сми­рен­ной, ти­хо­го нра­ва. Боль­шую часть дня она мо­ли­лась. Храм был за­крыт, и служ­бы ди­ве­ев­ски­ми сест­ра­ми «пра­ви­лись» по до­мам, несмот­ря на мно­гие за­пре­ще­ния и пре­сле­до­ва­ния.
Ино­ки­ня Мат­ро­на мир­но скон­ча­лась 7 но­яб­ря 1963 го­да. Ее по­хо­ро­ни­ли на сель­ском клад­би­ще сле­ва от мо­гил му­че­ниц Ев­до­кии, Да­рии, Да­рии и Ма­рии.
6 ок­тяб­ря 2001 го­да на за­се­да­нии Свя­щен­но­го Си­но­да Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви бы­ло при­ня­то ре­ше­ние вклю­чить в со­став уже про­слав­лен­но­го Со­бо­ра но­во­му­че­ни­ков и ис­по­вед­ни­ков Рос­сий­ских XX ве­ка пре­по­доб­но­ис­по­вед­ни­цу Мат­ро­ну (Вла­со­ву).

Православие – Религия России!
Православная Россия
#ПравославнаяРоссия
https://pravoslavnajarossia.org

“Я брал глину, скатывал в катышки, крестил её — и ел…” – Саша Воронцов, 5 лет в чеченском плену

Чудо веры 

Саша был в чеченском плену — 5 лет; два года его – не кормили; испытывали на нем приемы рукопашного боя; его несколько раз — расстреливали, стреляли почти в упор, но так и – не смогли расстрелять!!!

В 1995 году — первая чеченская война. Я был командиром штурмовой группы, а соседняя, вторая штурмовая группа была названа именем героя России Артура, моего друга, который погиб в Грозненских боях, накрыв собой раненого солдата: солдат выжил, а он погиб от 25 пулевых ранений.

В марте 1995 года штурмовая группа Артура из 30 бойцов на трех БРДМ-ах выполняла штабной рейд по блокированию групп боевиков во Введенском ущелье. Есть там такое место Ханчелак, что переводиться с чеченского — как мертвое ущелье, там нашу группу поджидала засада.

Засада — это верная смерть: головная и замыкающая машины подбиваются, и тебя методически расстреливают с высоток. Группа, попавшая в засаду, живет максимум 20-25 минут – потом остаётся братская могила. По радиостанции запросили помощь с воздуха вертолетов огненной поддержки, подняли мою штурмовую группу, мы прибыли на место через 15 минут.

Управляемыми ракетами воздух-земля уничтожили огневые позиции на высотках, к нашему удивлению группа уцелела, только недосчитались Саши Воронцова. Он был снайпером и сидел на головной машине, на БРДМ-е и взрывной волной его сбросило в ущелье метров 40-50 глубиной. Стали его искать, не нашли. Уже стемнело. Нашли кровь на камнях, а его не было. Случилось худшее, он контуженный попал в плен к чеченцам.

Мы по горячим следам создали поисково-спасательную группу, трое суток лазили по горам, даже в контролируемые населенные пункты боевиков ночью входили, но так Сашу и не нашли. Списали, как без вести пропавшего, потом представили к ордену мужества. И вы, представляете, проходит 5 лет. Начало 2000 года, штурм Шатоя, в Артурском ущелье в Шатойском районе есть населенный пункт Итум-Кале, при блокировке его нам мирные жители сообщили, что у них в зиндане (в яме) сидит наш спецназовец уже 5 лет.

Надо сказать, что 1 день в плену у чеченских бандитов — это ад. А тут — 5 лет. Мы бегом туда, уже смеркалось. Фарами от БМП осветили местность. Видим яму 3 на 3 и 7 метров глубиной. Лесенку спустили, поднимаем, а там живые мощи. Человек шатается, падает на колени и я по глазам узнал Сашу Воронцова, 5 лет его не видел и узнал. Он весь в бороде, камуфляж на нем разложился, он в мешковине был, прогрыз дырку для рук, и так в ней грелся. В этой яме он испражнялся и там жил, спал, его вытаскивали раз в два-три дня на работу, он огневые позиции чеченцам оборудовал.

На нем вживую чеченцы тренировались, испытывали — приемы рукопашного боя, то есть ножом тебя — в сердце бьют, а ты должен удар отбить. У нас в спецназе подготовка у ребят хорошая, но он изможденный, никаких сил у него не было, он, конечно промахивался — все руки у него были изрезаны. Он перед нами на колени падает, и говорить не может, плачет и смеется. Потом говорит: “Ребята, я вас 5 лет ждал, родненькие мои.” Мы его в охапку, баньку ему истопили, одели его. И вот он нам рассказал, что с ним было за эти 5 лет.

Вот мы сидели неделю с ним, соберемся за трапезой, обеспечение хорошее было, а он кусочек хлеба мусолит часами и ест тихонечко. У него все вкусовые качества за 5 лет атрофировались. Рассказал, что его 2 года вообще не кормили.

Спрашиваю: ”Как ты жил-то?” А он: “Представляешь, командир, Крестик целовал, крестился, молился, — брал глину, скатывал в катышки, крестил её — и ел. Зимой снег ел”. “Ну и как?”–– спрашиваю. А он говорит: ”Ты знаешь, эти катышки глиняные были для меня вкуснее, чем домашний пирог. Благословенные катышки снега были — слаще меда”.

Православная Россия, Москва. Православие - Религия России! voroncov_sacha_1 "Я брал глину, скатывал в катышки, крестил её — и ел..." - Саша Воронцов, 5 лет в чеченском плену Душевное  Чечня Чеченская война Современные герои Русский солдат Русская Православная Церковь Православная Россия Православие Новые исповедники Исповедники Герой нашего времени Вера Армия

Его 5 раз расстреливали на Пасху. Чтобы он не убежал, ему перерезали сухожилия на ногах, он стоять не мог. Вот ставят его к скалам, он на коленях стоит, а в 15-20 метров от него, несколько человек с автоматами, которые должны его расстрелять.

Говорят: “Молись своему Богу, если Бог есть, то пусть Он тебя спасет”. А он так молился, у меня всегда в ушах его молитва, как простая русская душа: “Господи Иисусе, мой Сладчайший, Христе мой Предивный, если Тебе сегодня будет угодно, я ещё поживу немножко”. Глаза закрывает и крестится. Они спусковой крючок снимают — осечка. И так дважды — выстрела не происходит. Передвигают затворную раму — нет выстрела. Меняют спарки магазинов — выстрела опять не происходит, автоматы меняют — выстрела все равно не происходит.

Подходят и говорят: “Крест сними”. Расстрелять его – не могут, потому что Крест висит на нем. А он говорит: “Не я этот Крест надел, а священник в таинстве Крещения. Я снимать — не буду”. У них руки тянуться — Крест сорвать, а в полуметре от него тела их скрючивает Благодать Святого Духа, и они скорченные падают на землю. Избивают его прикладами автоматов и бросают его в яму. Вот так два раза пули не вылетали из канала ствола, а остальные вылетали и всё мимо него летели. Почти в упор – не могли расстрелять, его только камешками посекает от рикошета и всё.

И так оно бывает в жизни. Последний мой командир, герой России Шадрин говорил: “Жизнь странная, прекрасная и удивительная штука”.

В Сашу влюбилась девушка чеченка, она его на много моложе, ей было 16 лет, то тайна души. Она на третий год в яму по ночам носила ему козье молоко, на веревочки ему спускала, и так она его выходила. Её ночью родители ловили на месте происшествия, пороли до смерти, запирали в чулан. Звали её Ассель. Я был в том чулане, там жутко холодно, даже летом, там крошечное окошко и дверь с амбарным замком. Связывали её. Она умудрялась за ночь разгрызать веревки, разбирала окошко, вылезала, доила козочку и носила ему молоко.

Он Ассель забрал с собой. Она крестилась с именем Анна, они повенчались, у них родилось двое деточек, Кирилл и Машенька. Семья прекрасная. Вот встретились мы с ним в Псково-Печерском монастыре. Обнялись, оба плачем. Он мне всё рассказывает. Я его к старцу Адриану повел, а там народ не пускает. Говорю им: “Братья и сестры, мой солдат, он в Чечне в яме 5 лет просидел. Пустите Христа ради”. Они все на колени встали, говорят: “Иди, сынок”. Прошло минут 40. Выходит с улыбкой Саша от старца Адриана и говорит: “Ничего не помню, как будто с Солнышком беседовал!” А в ладони у него ключи от дома. Батюшка им дом подарил, который от одной старой монахини монастырю отошел.

А самое главное, мне Саша при расставании сказал, когда я его спросил, как же он всё это пережил: “Я два года пока сидел в яме плакал так, что вся глина подо мной мокрая от слез была. Я смотрел на звездное чеченское небо в воронку зиндана и искал — моего Спасителя. Я рыдал как младенец, искал — моего Бога”. “А дальше?”- Спросил я. “А дальше — я купаюсь в Его объятиях”, — ответил Саша.

Православие – Религия России!
Православная Россия
#ПравославнаяРоссия
https://pravoslavnajarossia.org