Цареубийство – реакция Церкви и общества

Сегодня мы печатаем отрывки из книги исследователя судьбы Николая II и эпохи его царствования известного историка Петра Валентиновича  Мультатули «Николай II. Дорога на Голгофу. Свидетельствуя о Христе до смерти…», об убийстве Царской семьи, с которой настоятельно рекомендуем ознакомиться всем нашим читателям в полном объеме.

Отрывок посвящен реакции Церкви и общества на известие об убийстве Царской семьи.

4/17 июля 1918 года от рук врагов Христовых приняла муче­ническую смерть Царская Семья и ее верные слуги. Силы зла не скрывали своего торжества. В июле 1918 года большевистский деятель Сафаров писал в «Уральском рабочем»: «В ночь с 16 на 17 июля по постановлению президиума областного Совета рабо­чих, крестьянских и красноармейских депутатов Урала рас­стрелян бывший царь Николай Романов. Он слишком долго жил, пользуясь милостью революции, этот коронованный убийца. Ра­бочие и крестьяне, поглощенные творческой работой и великой революционной борьбой, как будто не замечали его и оставляли жить до народного суда! Историей ему давно был вынесен смертный приговор. Своими преступлениями Николай Крова­вый прославился на весь мир. Все свое царствование он безжало­стно душил рабочих и крестьян, расстреливал и вешал их де­сятками и сотнями тысяч. <…> Нет больше Николая Кроваво­го, и рабочие и крестьяне с полным правом могут сказать своим врагам: « Вы поставили ставку на императорскую голову? Она бита. Получите сдачу — одну пустую коронованную голову».

Для сравнения приведем отрывок из другой статьи, от 24 июля 1918 года, из издаваемого для русских войск во Франции журнала «Русский солдат-гражданин». Журнал этот издавался при под­держке Американского христианского общества молодых людей (YMCA). Статья называлась «Смерть Николая». Вот ее текст: «Из России пришло известие: бывший царь, бывший самодержец рас­стрелян в Екатеринбурге по постановлению местного Совета. В грохоте битвы, потрясающей весь мир, это известие прошло не­замеченным. Газеты посвятили ему несколько строк. Кому и ка­кое дело теперь до Николая? Умер Николай, когда-то сотнями и тысячами вешавший борцов за русскую свободу, посылавший кара­тельные экспедиции против крестьян, заливший кровью всю Рос­сию в 1905-06 гг. <…>

Николай был расстрелян, без суда, красногвардейцами, рас­стрелян так, как когда-то по его приказу расстреливались кре­стьяне и рабочие. Но суд, великий суд, вся крестьянская и рабо­чая Россия, давно осудила этого человека. И то, что он еще жил полтора года после своего ареста, казалось необъяснимым. Одни говорят: как человек Николай был не плох, но он был не на своем месте. Возможно. Но когда от этого гибнет страна, страдает и мучается народ, разве можно оправдываться, что какая-то нич­тожность стоит во главе судеб этого народа. Николай был не на своем месте. Пусть. Поэтому его и выгнали. И зато теперь-то он на своем месте. А. Р.».

Не правда ли, слова большевика Сафарова и «христианина» «А.Р.» удивительным образом совпадают, как будто писались они одним и тем же человеком?

[В тоже время] 8/21 июля 1918 года, через четыре дня после убийства Царской Семьи, Патриарх Московский и Всея России Тихон, после Божест­венной литургии в Казанском соборе сказал, обращаясь к пастве:

«Мы, к скорби и стыду нашему, дожили до такого времени, когда явное нарушение заповедей Божиих уже не только не признается грехом, но оправдывается как нечто законное. На днях соверши­лось ужасное дело: расстрелян бывший Государь Николай Алек­сандрович… и высшее наше правительство, Исполнительный Ко­митет, одобрил это и признал законным.

Но наша христианская совесть, руководясь Словом Божиим, не может согласиться с этим. Мы должны, повинуясь учению Слова Божия, осудить это дело, иначе кровь расстрелянного падет и на нас, а не только на тех, кто совершил его… Пусть за это называют нас контррево­люционерами, пусть заточат в тюрьму, пусть нас расстрелива­ют. Мы готовы все это претерпеть в уповании, что и к нам бу­дут отнесены Слова Спасителя нашего: «Блаженны слышащие Слово Божие и хранящие его».

Как же отозвался народ на эти слова Святителя? Народ — без­молвствовал. Но это не было тем безмолвием ужаса и осуждения кровавого убийства, которое имел в виду А.С. Пушкин в «Борисе Годунове». Это было равнодушное и трусливое безмолвие. Конеч­но, были те, кто искренне скорбел по убитому Государю, кто оста­вался ему предан даже ценою жизни. Но не они определяли тогда отношение к убитому Царю.

Марина Цветаева вспоминала об июльских днях 1918 года: «Стоим, ждем трамвая. Дождь. И дерзкий мальчишеский пету­шиный вскрик: «Расстрел Николая Романова! Николай Романов расстрелян рабочим Белобородовым!» Смотрю на людей, тоже ждущих трамвая, и тоже (тоже!) слышащих. Рабочие, рваная интеллигенция, солдаты, женщины с детьми. Ничего! Хоть бы что! Покупают газету, проглядывают мельком, снова отворачи­вают глаза — куда? Да так, в пустоту…».

То же самое писал граф Коковцев: «20-го июля или около этого числа, в официальных большевистских газетах появилось извес­тие об убийстве Государя в ночь с 16-го на 17-ое июля в Екатеринбурге, по постановлению местного Совета солдатских и ра­бочих депутатов. Приводилось и имя председателя этого подло­го трибунала — Белобородова.

Говорилось тогда об убийстве одного Государя и упоминалось, что остальные члены Его семьи в безопасности.

В день напечатания известия я был два раза на улице, ездил в трамвае и нигде не видел ни малейшего проблеска жалости или сострадания. Известие читалось громко, с усмешками, издева­тельствами и самыми безжалостными комментариями…

Какое-то бессмысленное очерствение, какая-то похвальба кровожадностью. Самые отвратительные выражения: «Давно бы так», «Ну-ка — поцарствуй еще», «Крышка Николашке», «Эх, брат Романов, доплясался» — слышались кругом, от самой юной молодежи, а старшие либо отворачивались, либо безучаст­но молчали. Видно было, что каждый боится не то кулачной рас­правы, не то застенка».

Но что говорить о них, простых людях, несчастных и обману­тых, которых та же Цветаева называла «малыми, слабыми, греш­ными и шалыми, в страшную воронку втянутыми», если так на­зываемая «совесть» нации, интеллигенция, соревновалась друг с другом в глумлении над убитым Самодержцем.

В то время как Царская Семья была в заключении, русская ин­теллигенция продолжала глумиться над ней, равнодушно внимала революционной клевете и даже порой спокойно обсуждала воз­можность убийства Государя. Так, писательница Тэффи писала в газете «Новое слово» 26 июня 1918 года, то есть меньше чем за ме­сяц до убийства Царской Семьи: «Об убийстве Володарского гово­рить и писать будут очень много, больше, чем о предполагаемом убийстве Николая Романова».

В воспоминаниях самых разных людей слышится поразитель­но равнодушное отношение к Царской Семье. Русское общество большей своей частью смирилось с неизбежностью убийства не только своего Государя, но и его Семьи. «Бессмысленное очерст­вение», о котором пишет граф Коковцев, охватило Россию. Цар­ская Семья, столь любившая русский народ, причем не ка­кой-либо «платонической», а вполне реальной действенной любо­вью, была выдана своим народом в руки изуверов на поругание и мучительную смерть. «Покинутая Царская Семья», — это назва­ние книги корнета Маркова как нельзя лучше отражает суть пре­ступления всех сословий русского народа. Лишь горстка Верных оставалась с Ней до конца.

Император Николай II, Императрица Александра Феодоровна и Августейшие Дети любили жизнь во всех ее проявлениях. Любили землю, деревья, цветы, птиц и животных. « II faut les laisser vivre !»( «Нужно их оставить жить!» (фр.)) — кричал маленький Цесаревич, наблюдавший за рыбной ловлей и пораженный видом мучений задыхающейся без воды рыбы. Добрый мальчик! В России не нашлось ни одного человека, который бы крикнул кровавому изуверу, убивавшему Тебя: «II faut le laisser vivre!», который остановил бы преступную руку.

Но России не было дела до своего Царевича, умиравшего в под­вале Ипатьевского Дома. Она была занята увлекательным делом: братоубийственной войной.

Убийство Царской Семьи прошло как-то незаметно и буднич­но, говоря словами Патриарха Тихона; словно это было убийство какого-то разбойника. И казалось, что с убийством Царской Се­мьи скрылась до срока, как Град Китеж, Святая Русь и на ее мес­те оказалась мертвящая Совдепия. Наступило время такого ужа­са, такой безысходности, какого никогда не знала Русь. И дело было не только в том, что страна была залита кровью, что мил­лионы крестьян, дворян, рабочих, священников, офицеров, слу­жащих, гимназистов, малолетних детей были загублены, замуче­ны, растерзаны бандой изуверов, но в том, и этого хотели добить­ся убийцы, что в этом ужасе легко было поверить в то, что с убий­ством Царской Семьи ушел тот дух, который и делал Россию от­личной от иных стран, тот дух, который Пушкин называл «Рус­ским Духом». Дух этот был Дух Христов, и только будучи преис­полнена этим Святым Духом может быть Россия — Россией. Цар­ская Семья, особенно Государь Николай II символизировали со­бой верность России Христу Спасителю и верность Ему ставили выше жизни и выше смерти.

Именно за эту верность Христу нена­видели Николая II антихристы всех мастей всего мира, именно за эту верность вели они с ним смертельный бой, именно за эту вер­ность они замучили его и его близких.

В этом смертельном противостоянии русское общество не было на стороне Царя. Но смерть, самая страшная, не может победить Дух Христов. Этого не знали мучители. То, что задумывалось как поругание, стало Торжест­вом — Торжеством Любви, Смирения, Жертвы — ради Христа. И поэтому Дух Христов не мог оставить Россию — даже после от­ступничества народа от Помазанника Божьего. Ни на день не пре­рывалось на Руси служение Божественной Литургии — в остав­шихся храмах, в домах верных христиан, в лагерях и ссылках. Россия не стала Совдепией, антихристовым планам не дано было осуществиться. Любовь Христова сильнее. Поэтому у русского на­рода — предавшего, отступившего от Бога и Царя — не отнята са­мая главная милость — возможность покаяния.

С уходом Царя изменились не только условия жизни — изме­нилась сама жизнь. Суть этого изменения прекрасно выразила в своем стихотворении русский поэт Т.М. Глушкова: «Цветная жизнь была, а в черно-белом марте Царя отняли у Руси».

Православная Россия, Москва. Православие - Религия России! carskaja_semija_ikona Цареубийство - реакция Церкви и общества Церковный календарь  Царь-Мученик Николай II Царь Николай II Цареубийство убийство Царской семьи Русская Церковь Русская Православная Церковь Русская Голгофа Православная Россия Патриарх Тихон

Через много лет […] и сам народ, испытавший на себе всю тягостность большевистского ига, осознанно или неосознанно, стремился вернуть себе Царя, то время, когда он, Народ, ощущал себя истинно рус­ским и истинно православным.

Вернуться к Царю было мечтой и русских монархистов, оказав­шихся в изгнании. Им казалось, что это так легко: провозгласить любого великого князя Императором, и Россия вновь обретет мо­нархию. Сколько кандидатов в русские цари было явлено миру! Но все они были обречены исчезнуть. Оказалось, что вернуться к Царю своими силами — невозможно. Царь Града Китежа — Святой Руси — ушел вместе с ней в недосягаемые дали. Вернется ли Царь, вернется ли Святая Русь, ведает один Господь. Но одним из важ­нейших условий этого является осознание всем народом русским того, что произошло 4/17 июля 1918 года в подвале Ипатьевского дома города Екатеринбурга. Осознание это должно привести к под­линному покаянию, а покаяние — к духовному просветлению.

Император Николай II и его Семья были убиты изуверами. Эти изуверы были уверены, что, убивая Царя и его Семью, они навсегда убивают Святую Русь, изменяют ход истории, одерживают победу над Богом. После убийства более полувека преступники делали все, чтобы скрыть суть своего преступления, оклеветать Царскую Се­мью. Целые поколения выросли, зараженные этой клеветой.

Но время в очередной раз показало безумие и обреченность той силы, которая водила преступной рукой ночью 17-го июля. Чем больше клеветали и осмеивали Царскую Семью, тем больше появ­лялось людей, которые жалели, а затем и почитали ее.

И наоборот, чем больше славили власти преступные имена ца­реубийц, тем больше они предавались историей забвению. С карты России, с улиц ее городов, медленно, но верно исчезают их крова­вые имена. Для грядущей же Вечной Жизни они не существуют вовсе. Все громче и яснее слышатся над Русью слова: «Да Воскрес­нет Бог, и расточатся врази Его!»

И вот уже вся наша Православная Русская Церковь, всей пол­нотою своей, прославила в лике Страстотерпцев Императора Нико­лая Александровича, Императрицу Александру Феодоровну, Цеса­ревича Алексея Николаевича, Великих Княжон Ольгу Николаев­ну, Татьяну Николаевну, Марию Николаевну, Анастасию Никола­евну. Они навсегда с нами, они не покинули нас, они в Вечной Жизни, они там, где преподобные Сергий Радонежский, Серафим Саровский, Иоанн Кронштадтский, они там, где Христос Спаси­тель. Пусть же имена святых Царственных Страстотерпцев сияют нашей многострадальной России путеводными звездами Добра и Любви во тьме ночи нынешнего апостасийного века!

П. Мультатули. Из книги «Николай II. Дорога на Голгофу. Свидетельствуя о Христе до смерти...», об убийстве Царской семьи.

Как убедительно доказывает весь ход истории, наивысшей и лучшей формой правления для России остается монархия – власть Помазанника Божия. Однако ее надо еще вымолить у Бога. Всем нам необходимо и еще предстоит стать ДОСТОЙНЫМИ монархии! Для этого надо поменяться, стать чище и лучше каждому из нас, и при этом неустанно просить Всевышнего о даровании Помазанника Божия. Данная молитва, творимая каждый день и каждым из нас от всего сердца и способна стать той маленькой лептой, которая приблизит этот благословенный час. Скопируйте ее – и молитесь, а по возможности, размножив на копировальной технике, раздайте родственникам, друзьям и знакомым. По возможности, редакция сайта будет периодически публиковать ее текст.  

 Молитва о даровании Православного Царства

Господи Боже наш, со умилением и воздыханием и с тугою сердечною приступихом к Тебе, и припадаем Ти, и в болезни духа вопием: согрешихом, беззаконновахом, неправдовахом пред Тобою, дары Твоя – Церкви благолепие, ихже Святей Руси даровал еси царством самодержавным – в небрежении прияхом и благодарения подобна Тебе Владыце и Щедродателю нашему не воздахом, паче же отрекохомся владычества Твоего, аще чрез помазанника Твоего и царство православное утвердил еси. Возлюбихом земная паче небесных и временная паче вечных  — и обою лишихомся. Возлюбихом волю свою паче Твоея творити – и ею врагу Твоему поработихомся. Исповедуем же, яко истиною и судом навел еси вся сия на ны грех ради наших.

Помяни, Господи, и речения пророк Твоих новых, ихже в Земле Русской прославил еси в последняя времена сия, яко даруеши людем  Твоим на малое время последнее паки оплот крепок и стену недвижиму – Царя самодержавна, Помазанника Твоего благословенного. Сия же паки вемы, яко несть дар сей от человек, ниже многомятежному похотению их даруется, но могуществом Твоим, и волею, и благим промышлением Твоим устрояется. Темже и вопием к Тебе со слезами: воздвигни нам вожди духовные, мужи в силе Илии и Еноха, да воля Твоя от них возвещаема непреложно да совершится, нашу же волю падшую и греховную отлагаем зде пред Тобою. И аще благоволиши милостиво призрети на ны, недостойные рабы Твоя, Сам Владыко укажи нам избранного Твоего самодержца, помазанием же Божественным на служение царское всеми дарми духовными снабди его. И даруй ему помощников достойных и слуг верных, а нас приведи служить ему верно.

Аминь.

 

Православие – Религия России!
Православная Россия
#ПравославнаяРоссия
https://pravoslavnajarossia.org